Как и почему появился Свободный университет

Сен 29, 2020 Редакция Vtimes

Нас нельзя изгнать из университета, потому что университет – это мы

Публичная дискуссия «Юридическое образование в России умирает?», проведенная Свободным университетом в Сахаровском центре, вызвала негативную реакцию в официальных СМИ: «Свободный университет» оказался площадкой для антироссийских дискуссий», «Свободный университет» начинает работу с обсуждения поправок» – негодует Федеральное агентство новостей (ФАН).

Успокойтесь, господа! Не сочиняйте и не истерите. Свободный университет просто провел давно назревшее плодотворное и крайне позитивное обсуждение пути, который прошла система юридического образования России за постсоветское тридцатилетие. Там ни слова не было сказано ни о каких поправках, и, естественно, там не было ничего протестного и антироссийского. 

Пандемия, увольнения и работа по-новому

Свободный университет – это про академические знания и про академическую науку, а не про что-то другое. Откуда он взялся? Из специфики пандемических ограничений и из так называемой попытки деидеологизации российского образования. Из увольнений сильных, медийных и свободных преподавателей из Высшей школы экономики. «Весной 2020 г. мир столкнулся с крупнейшим за десятилетия кризисом образовательной системы. Мир пережил локаут, а мы впервые за нашу профессиональную жизнь не могли говорить со студентами лицом к лицу. Никто не объяснял нам, как заменить аудиторию с кафедрой и стульями на равноценную площадку в интернете и как сделать осмысленными занятия в новых условиях. Мы научились этому сами. Оказавшись на переднем крае глобальной кризисной трансформации, мы обнаружили также, что можем делать свою работу без бюрократических институтов, больше мешавших, чем помогавших нам. Мы узнали, что конференция в интернете уравняла в правах богатейшие государственные структуры и частные компании. Именно поэтому профессора и преподаватели разных университетов, объединяются, чтобы работать со студентами по-новому», – говорится в манифесте Свободного университета.

История свободы
Свободные университеты появлялись в разные времена в разных странах. Но всегда причиной их независимого статуса было желание выйти из-под чьего-либо патронажа. Так в конце XIX в. реакцией на католическое господство стало создание свободных университетов Амстердама и Брюсселя. В 1948 г. в результате разделения Германии на зоны иностранного контроля в Западном Берлине был создан Свободный университет Берлина, устав которого учёл все ошибки государственного влияния на старый Берлинский университет, гарантировал дистанцию между учебным заведением и государством и обеспечил независимость академического образования и науки. Цели Свободного университета Берлина отражены в его девизе «Правда, справедливость, свобода» (лат. Veritas – Iustitia – Libertas). Этот университет получил статус субъекта публичного права с обширными правами самоуправления и подчиняется попечительскому совету, а не напрямую государству. Со временем такая модель в системе университетского образования получила название «берлинской».

Цели нового русскоязычного Свободного университета (хотя кто знает, ограничимся ли мы только русским языком или будем говорить о русском на разных языках?) очень похожи. Нам не нравится подменный тезис о «деидеологизации» вузов в России, потому что это совсем не об идеологии. «Деидеологизация» – игра словами, подмена понятий. На самом деле это не об идеологии, а об авторитарной цензуре.

Хорошо уволить не получилось

Как можно преподавать, например, конституционное право – науку о правовом регулировании отношений власти – без профессиональной проверки действий этой власти на соответствие законодательству, его принципам и логике?  Или как читать курс сравнительной политики, исключив из него отдельные политические системы и режимы? Или курс политической философии? Или даже курс риторики, если на правила построения речи оказывают влияние политические процессы и мировоззрение политиков?  Здесь нет никакой идеологии. Вернее, есть, но лишь как объект профессионального анализа, без которого невозможны научные выводы.

Кстати, удаляя нас от студентов нам особо и не предъявляли идеологических претензий. Единственным правилом в Вышке было: если высказываешься на политические темы, не аффилируй себя с вузом. И увольняли нас по формальным, а не по идеологическим основаниям, словно стесняясь самих себя. Вернее, стараясь сделать хорошую мину при плохой игре. Только и это не очень получилось. По крайней мере в отношении юристов, потому что юристы быстро обнаружили прорехи в правовой конструкции увольнений.

В Вышке очень много бюрократии и она часто весьма невысокого качества. В том числе центральное управление труда и персонала, которое сильно не в ладу с трудовым правом. Впрочем, когда вдруг как на дрожжах небольшой, но качественный вуз начинает превращаться в гиганта, обеспечить его хорошими кадрами, соответствующими условиям лояльности и политической цензуры, непросто. В итоге ректор вплотную столкнулся с выбором, перед которым может оказаться сегодня в России любой администратор: что важнее – сохранение идеи и качества вуза или его хозяйственно-имущественное расширение. К сожалению, гигантомания и амбиции создать самый крупный и самый крутой вуз, зависящий от государственного финансирования, никак не сочетаются с идеей независимого учебного заведения. Особенно когда попечительский совет возглавляет чиновник из администрации президента.

Желающие выстроились в очередь

И тогда мы решили: «Если университет больше не может быть свободным, значит нужен новый свободный университет. Здесь пути университета и государства расходятся». А ковидно-карантинный семестр с его принудительным форматом онлайн сыграл роль катализатора в разрушении подгнивающего стереотипа безальтернативности классических аудиторных занятий. В любом случае рано или поздно переход на смешанные формы онлайн/офлайн обучения все равно бы произошел. Жизнь просто подкорректировала скорость этого перехода.

Начинание оказалось очень резонансным. За десять дней мы получили более пяти тысяч заявок на 20 объявленных курсов и очередь из ученых, желающих к нам присоединиться. Мы не были к этому готовы, но справились. Мы не только отобрали своих слушателей в условиях высокого конкурса, мы не только начали читать свои курсы, мы проводили совещания и дискуссии, решали оргвопросы, привлекали помощников-волонтеров, искали новые нестандартные формы взаимодействия. Параллельно, читая мотивировочные письма претендентов, мы вынуждены были осознать глубину кризиса высшего гуманитарного образования в России.

А ведь с момента зарождения идеи прошло не больше двух месяцев. То есть мы нечаянно попали в точку концентрации напряжения. Ведь ничего нет сильнее идеи, время которой пришло. Да, конечно, цыплят по осени считают. Сделать предстоит еще очень много и итоги подводить рано. Но уже понятно, что свободное гуманитарное онлайн-образование на русском языке востребовано. Независимость от политических протоколов и профессионализм привлекают к нему содержательно, а простая и технологичная форма бесконечно расширяет аудиторию. География только моих слушателей простирается от Амурской области через Новосибирск, Томск, Москву, СПб, Краснодар, Париж, Стокгольм, Берлин до американского городка Анн-Арбор в штате Мичиган.

Свобода выбора

Идея свободных университетов — это, похоже, общемировая тенденция, прообраз значительной части высшего образования будущего. Она дает людям практически неограниченную возможность выбора Учителя, смены жизненной парадигмы или неклассической дробной докрутки компетенций. Происходит некая внутрипрофессиональная дифференциация, когда не нужно полностью переучиваться, а можно доточить какой-то один «угол», аспект профессии. И это оказалось нужным.

Нет, мы, конечно, не первый онлайн университет. Такие уже есть. Например, Британский виртуальный университет открытого образования, учрежденный указом Ее Величества королевы Великобритании в 1969 году. Или Открытый университет Израиля, работающий в партнерстве с Йельской школой права, или созданный в 2009 году Народный Университет Сан-Франциско. Но мы точно первые в новом эпидемиологическом измерении и в русскоязычном пространстве.

Из манифеста Свободного университета: «Вдруг забрезжила настоящая академическая свобода. И для нас самих, и для студентов из разных университетов России и других стран. Наша задача – выстроить университет заново, избавив преподавателей от всякого административного диктата. Мы не государственное и не конкурирующее с государственными учебное заведение. У нас нет кампуса. Мы будем преподавать из дома, будем преподавать из библиотек, мы будем преподавать на летних школах. Мы не прекратим защищать свободу знания и не оставим наших студентов. Нас нельзя изгнать из университета, потому что университет – это мы».

Сейчас мы в объективе пристального внимания. Российское федеральное агентство новостей грозно предупреждает: «ФАН продолжит изучать деятельность «Свободного университета» и следить за тем, какие идеи будут навязываться российской молодежи на его платформе». Ну что ж, welcome, следите. Может быть в процессе этой «слежки» ваши журналисты перестанут врать и станут хоть немного профессиональней.