Почему «Роснефти» не удалось выйти из санкционного списка ЕС

Сен 28, 2020 Редакция Vtimes

Шесть лет попыток не дали результата

Апелляционная инстанция Суда ЕС оставила в силе решение первой инстанции: жалоба «Роснефти» оставлена без удовлетворения. Шесть лет попыток вывести компанию из-под европейских санкций не дали результата. Во многом такой исход стал возможен из-за излишнего судебного активизма «Роснефти», от чего пострадала не только она сама, но и другие российские компании из секторального санкционного списка ЕС.

За Крым и за самолет

Единая Европа привержена мирным средствам разрешения международных споров и конфликтов. Об этом свидетельствует не только статья 21 Договора о ЕС, но и поведение союза на международной арене. Даже в ответ на зверства властей Беларуси против мирных протестующих ЕС не решился действовать агрессивно, а лишь пригрозил скорыми санкциями представителям режима Александра Лукашенко. Такой же реакция была в первой половине 2014 г., когда Крым был присоединен к России.

В марте 2014 г. с ограничениями ЕС столкнулись многие представители политической и деловой элиты России, Украины и Крыма. Санкциями ЕС хотел посадить конфликтующих за стол переговоров и требовал восстановления суверенитета Украины над Крымом. Российская власть не спешила идти на уступки. В июле 2014 г ожесточился вооруженный конфликт на юго-востоке Украины, а 17 июля был сбит пассажирский Boeing рейса MH-17.

Не реагировать ЕС попросту не мог. 30 июля под санкциями ЕС оказался Аркадий Ротенберг, а на следующий день началась новая эра во взаимодействии ЕС с крупным российским бизнесом. В отношении российских нефтяных компаний и банков с государственным участием были введены отраслевые ограничительные меры – ЕС стал давить на Россию, чтобы дестабилизация ситуации в Украине стала обходиться России все дороже и дороже.

Как показала практика ЕС последних 20 лет, ограничительные меры могут быть действенным инструментом внешнего воздействия. Все-таки ЕС – 15% мировой экономики, а Россия – только 1,8%.

Меры ЕС против «Роснефти» и ее «дочек»

С 31 июля 2014 г. начали применяться следующие отраслевые запреты и ограничения:

  • без предварительно полученного разрешения от национального компетентного органа европейским юридическим лицам запрещено продавать, поставлять, перевозить и экспортировать для «Роснефти» в Россию, ее исключительную экономическую зону или на континентальный шельф оборудование, товары и запасные части к ним;
  • компетентные органы власти государств – членов ЕС не должны выдавать разрешения, если у них возникли обоснованные опасения, что оборудование, товары и запасные части в качестве своего конечного места назначения предназначены для разведки и добычи в водах на глубинах более 150 м, или разведки и добычи в морях севернее Полярного круга, или проектов, которые могут добывать залегающую в сланцевых пластах нефть путем гидравлического разрыва пласта (это не относится к разведке и добыче нефти из несланцевых пластов и пород);
  • нельзя оказывать сопутствующие услуги, такие как бурение, пробная эксплуатация скважины, геофизические исследования скважины и пуско-наладочные работы, а также поставка (предоставление) специализированных плавучих морских судов и плавсредств;
  • нельзя предоставлять займы, кредиты или иное долговое финансирование сроком погашения свыше 30 дней, за исключением документально подтвержденных случаев финансирования товаров и услуг, не запрещенных к импорту и экспорту, а также финансирования европейских дочерних предприятий, если в противном случае у них возникнут признаки финансовой несостоятельности;
  • европейский бизнес не должен удовлетворять какие-либо требования или претензии «Роснефти», если причиной или основанием их возникновения выступают введенные ограничительные меры.

Введенные ограничения и запреты адресованы европейскому бизнесу и банкам и распространяются на Общий рынок ЕС. Подпадающие под критерии нормативных актов ЕС о секторальных санкциях «Роснефть», «Газпром нефть» и их дочерние компании выступают лишь объектом соответствующего регулирования. На ведение «Роснефтью» своей уставной деятельности в России какие-либо ограничения не распространялись. 

Высокий суд и еще более высокий суд

«Роснефть», как и большинство других фигурантов санкционного списка, не согласилась с введенными ограничениями и решила оспорить их в суде. В октябре 2014 года ее жалобу зарегистрировал Суд ЕС за номером T-715/14. Но в отличие от иных собратьев по несчастью, «Роснефть» решила оспорить санкции не только по адресу, но и зачем-то обратилась в Высокий суд Англии и Уэльса.

В то время Великобритания еще была частью Единой Европы и была обязана издать внутренние нормативные акты об имплементации санкционных актов ЕС, а также ввести ответственность за их несоблюдение. Право ЕС лишь требует, чтобы такое законодательство не противоречило общеевропейскому. Однако ни один из других фигурантов секторального списка, кроме «Роснефти», не пытался оспорить санкции в обычных судах стран членов ЕС.

Обратившись с иском в Высокий суд, юристы «Роснефти» не учли, что когда суд страны – члена ЕС сталкивается с любыми вопросами применения или толкования европейского права, он не компетентен разрешать спор по существу. Подобные дела вместе с материалами суд страны – члена ЕС обязан передать в Суд ЕС. Делам о толковании актов ЕС дается приоритет: другие палаты Суда ЕС приостанавливают движение иных процессов между теми же лицами, о том же предмете и по тем же основаниям. Их рассматривает Большая палата из 15 судей.

Выводы и правовые позиции Большой палаты — окончательные, не подлежат обжалованию и являются обязательными для всех палат Суда ЕС в последующих делах.

Именно поэтому английский Высокий суд приостановил производство по делу и с радостью передал дело в Суд ЕС для ответа на запрос о толковании санкционных актов ЕС. Большая палата Суда ЕС приняла запрос и возбудила производство по делу C-72/15, в котором «Роснефть» получила статус третьего лица. Производство про иным «секторальным» делам Сбербанка, ВТБ, «Газпром нефти», «Алмаз-Антея» и других было приостановлено до вынесения Большой палатой постановления по делу C-72/15.

Более того, в качестве пробного камня в этом процессе «Роснефть» решила заявить ряд доводов из своего основного дела T-715/14. У Большой палаты просто не осталось выбора, кроме как рассмотреть эти доводы по существу.

В постановлении от 28 марта 2017 года Большая палата Суда ЕС дала толкование целей и сути режима секторальных санкций в отношении России. Присутствие «Роснефти» в санкционном списке ЕС суд признал обоснованным и правомерным. Полномочия Совета ЕС суд признал даже более широкими по сравнению с теми, что предусмотрены секторальными санкционными актами в отношении «Роснефти» и иных российских нефтяных компаний с государственным участием. Цели ЕС в виде установления мира и поддержания международной безопасности оправдывают ограничение экономических прав российских юридических лиц.

Таким образом, из-за самодеятельности «Роснефти» — подачи иска в национальный суд страны ЕС — высшей инстанцией европейского правосудия было вынесено решение (или, выражаясь юридическим языком, создана преюдиция), которое не раз еще может ударить не только по самой «Роснефти», но и по другим компаниям и банкам из секторального списка ЕС.

О причинах неудачи «Роснефти»

Решение Большой палаты по делу C-72/15 (то есть иску, переданному в Суд ЕС Высоким судом Англии и Уэльса) сильно упростило задачу Суда ЕС общей юрисдикции при разрешении 8 секторальных дел. Ему не пришлось ломать голову или изобретать сложные конструкции. Ответ на любой вопрос уже был в постановлении по делу C-72/15. Поэтому решения по 8 секторальным делам было делом техники, а судьи первой инстанции не испытывали страха, что их решение не устоит в апелляции.

13 сентября 2018 года «Роснефть» вместе с еще 7 компаниями и банками из российского секторального списка получила отказ в снятии санкций. Ни один из доводов не убедил суд, который трактовал ограничение экономических прав «Роснефти» через призму целей, которых Европейский союз хочет достигнуть, введя оспариваемые санкции. Непричастность «Роснефти» к событиям на юго-востоке Украины или отсутствие установленной связи с проводимой там правительством России политикой признаны не имеющими правового значения: суд уже установил, что санкционные нормативно-правовые акты изданы в соответствии с предоставленными Совету ЕС полномочиями, а заявитель не доказал превышение полномочий или злоупотребление ими.

То же самое касалось довода о нарушении введенными санкциями различных прав «Роснефти», в том числе права на уважение частной собственности и свободу ведения бизнеса.

В отличие от «Газпром нефти», «Роснефть» не согласилась с решением первой инстанции и обжаловала его в апелляцию. В своей апелляционной жалобе «Роснефть» заявила 7 доводов. Она критиковала первую инстанцию Суда ЕС за допущенные ошибки при оценке санкций как обоснованных, нормативные акты о санкциях — за неопределенность, а Совет ЕС за превышение полномочий при введении оспариваемых ограничений.

Слушания прошли в конце 2019 года, а решение вынесено 17 сентября 2020 года. «Роснефти» отказано в иске со ссылкой на правовые позиции, сформированные в первом секторальном санкционном деле с ее же участием. В решении по делу C-732/18 P Суд ЕС лишь подтвердил свои выводы из дел C-72/15 и T-715/14: внешнеполитические цели ЕС по стабилизации ситуации на Украине и мирное разрешение кризиса выше, чем ограничение экономических прав конкретной нефтяной компании.

Закрытие «русских сезонов» в Люксембурге

17 сентября 2020 года Суд ЕС в Люксембурге вынес последнее решение по заявлениям российских фигурантов секторального списка ЕС. Но еще до него были зафиксированы правовые позиции Европы при ограничении экономических прав крупнейших российских нефтяных компаний и банков:

  • европейские санкции – простая форма реализации Европейским Союзом своей внутренней компетенции;
  • это политическое решение, облеченное в форму нормативного акта, обязательного на Общем рынке ЕС;
  • учреждения ЕС решили ограничить своих субъектов в праве на экономическое взаимодействие с российскими партнерами, включая «Роснефть».

Суд ЕС не установил в этом каких-либо нарушений права ЕС, однако дал ответ, когда эти санкции могут быть отменены: России нужно продемонстрировать реальный прогресс при выполнении Минских соглашений, и тогда секторальные санкции будут ослаблены или совсем сняты.